| Музыка: |
После игры китайских ребятишек, чтобы не подпускать к себе Вавилон, я подумал о своем друге-детективе. Он сержант, и фамилия у него — Каток. Очень крутой полицейский. Наверное, побил мировой рекорд по крутизне. Он довел до совершенства такую свою пощечину, от которой остается точный отпечаток пятерни — как временное клеймо. И пощечина эта — лишь дружеское приветствие сержанта Катка по сравнению с тем, как все происходит, если тебе и потом очень, очень хочется не сотрудничать с полицией. С Катком я познакомился, когда мы оба еще в тридцать шестом пытались устроиться на службу. Я хотел стать полицейским. В те времена мы с ним были добрыми приятелями. И до сих пор могли бы вместе служить — быть партнерами, раскрывать убийства, — если б только я сдал последний экзамен. Хотя баллов я набрал много. Всего пяти не хватило до того, чтобы стать полицейским. А меня одолели грезы о Вавилоне. Нет, из меня бы хороший полицейский вышел. Если бы я только перестал грезить о Вавилоне. Вавилон для меня — такое наслаждение и в то же время такое проклятие. Я не ответил на последние двадцать вопросов экзамена. Потому и не сдал. Я просто сидел и грезил о Вавилоне, а другие на вопросы ответили и стали полицейскими. (с) Ричард Бротиган |
| Интересы: |
Самый маленький в истории снегопад прошел час назад у меня во дворе. Примерно из двух снежинок. Я ждал, когда упадут другие, но не дождался. Снегопад состоял ровно из двух снежинок. Они упали с неба, так же неуклюже, как шлепались на задницы Лорел и Харди – сами, если вдуматься, чем-то похожие на снежинки. Как будто Лорел и Харди, обернувшись снежинками, устроили самый маленький в мире снегопад. Видно, долго они летели с неба, эти две снежинки с перемазанными кремом физиономиями и мучительно смешными попытками сохранить достоинство в мире, который очень хочет отобрать его у них, в том самом мире, что привык к большим снегопадам – два фута, не меньше – и лишь хмурится, глядя на то, как падают две снежинки. Комедия опустилась на снег, оставшийся после дюжины предыдущих снегопадов, теперь нужно было подождать: я высматривал в небе новые хлопья, пока не понял, что эти две снежинки и были снегопадом Лорела и Харди. Я вышел во двор и стал искать. Я преклонялся перед мужеством, с которым эти двое противостояли миру. Я положу снежинок в морозилку: там им будет удобно, там они найдут внимание, восхищение и одобрение – все то, чего достойна их красота. Вы никогда не искали снежинки на земле, уже два месяца покрытой снегом? Я более-менее представлял, куда они упали. Я искал две снежинки в мире миллиардов. п ведь мог на них наступить – не слишком приятная мысль. Совсем скоро до меня дошло, насколько безнадежна эта затея. Самый маленький в мире снегопад прошел безвозвратно. Его не отличить ни от чего другого. Остается только радоваться, что уникальное мужество этого двуснежинкового снегопада как-то живет в мире, где такие вещи никому особенно не нужны. Я вернулся домой, оставив в снегу Лорела и Харди. (с) Ричард Бротиган |
