Ника Турбина

Ни́ка Гео́ргиевна Турбина́ (17 декабря 1974, Ялта, Крымская область, УССР, СССР — 11 мая 2002, Москва, Россия) В этой группе хотелось бы привлечь внимание к такому замечательному поэту, Нике Турбиной. Она долгое время оставалась забытой аудиторией и лишь недавно о ней заговорили снова. Мне очень интересно мнение людей о ее творчестве. НЕ НАДО СПРАШИВАТЬ МЕНЯ. Не надо спрашивать меня, Зачем живут стихи больные. Я понимаю: лучше было Иметь запас здоровых слов... Нельзя спросить - зачем приходят, Зачем ночные палачи Из ножен вынули мечи, И на меня идёт гурьбою, Зачем столпились у дверей Недетской памяти моей Слепые загнанные люди... Огонь сжирал десятки судеб, Но разве появился тот, Кто на себя всё зло возьмёт? (Ника Турбина) Четырехлетняя Ника не спала по ночам. У нее была астма. Мама и бабушка поочередно дежурили у постели девочки, а она пугала их тем, что просила: "Запишите строчки!" И диктовала стихи - совсем не детские, трагические. Скептики говорили, что эти стихи принадлежат другому, взрослому поэту. Мистики - что это умерший гений диктует ей свои строки. Ника говорила: "Это не я пишу. Бог водит моей рукой". Дальше было все: признание, восхищение популярность. Но в 12 лет что-то сломалось внутри и дар пропал. Она перестала писать стихи. Ника очень сильно переживала по этому поводу. Ее начали забывать, она превратилась в самую обыкновенную девушку, но так жить она не могла. У нее начались психические припадки было несколько попыток суицида. 11 мая 2002 она выпала из окна. Была ли это случайность или намеренное решение Ники Турбиной останется загадкой навсегда. ПО ГУЛКИМ ЛЕСТНИЦАМ. По гулким лестницам я поднимаюсь к дому. Как ключ тяжёл. Я дверь им отопру. Мне страшно, но иду безвольно, И попадаю сразу в темноту. Включаю свет. Но вместо света лижет Меня огонь палящий и живой, Я отраженья в зеркале не вижу - Подернуто оно печали пеленой... Окно хочу открыть - оно, Смеясь и холодом звеня Отбрасывает в сторону меня, И я кричу от боли. Сводит щёки. Слеза бежит сквозь сонные глаза... И слышу шёпот, тихий мамин шёпот: "Проснись, родная. Не пугайся зря".