Душа велосипедиста

Кто-то скажет: «Мучение». Я скажу: «Лучший отдых»! Отдых, который становится смыслом жизни. Цель, которую преследуешь изо дня в день. В каждом обороте педали, в каждом жадном вдохе, в боли перегруженных мышц, в гонке наперегонки с ветром и с самим собой ощущаешь эйфорию, невообразимую свободу и лёгкость. Ты независим, ты не ощущаешь преград, ты можешь позволить себе то, что другим кажется безрассудством. За твоей спиною остаются километры дорог, деревни, веси, города и вся Вселенная, весь Млечный Путь. Лёгкие, как кузнечные меха, фильтруют литры кислорода. В невообразимом вихре крутится цепь, увлекаемая педалями, которые попирают твои ступни... Мы из тех, кто сотворил себе кумира, и наш кумир — скорость, которую ты в силах выжать из своих ног. Кто-то скажет, что в ногах нет правды. Мы скажем, что если правда и есть, то она в ногах… Смотришь в окно на зимний закат, на ледяные узоры, которые мороз выткал на полотне оконного стекла. И в памяти встают образы. Стоит закрыть глаза, и твои чувства обостряются, ты видишь… лето, солнце, разделительную полосу трассы. Полуденное солнце светит ярко, оно даже слепит. Над трассой, на горизонте, из-за жары стоит марево, заставляя окружающий пейзаж клубиться и колыхаться. По бокам трассы с одной стороны раскинулся березняк, а с другой — поле подсолнухов. Из леса слышится пение утомлённых от жары птиц, а с поля доносится стрекот кузнечиков. Раскалённый воздух изредка прорезает треск втулки. Этот треск создаёт удивительную гармонию. Он сливается со всеми окружающими звуками. В унисон с ним стрекочут кузнечики, в унисон с ним поют птицы. В унисон с ним живёшь ты и весь окружающий тебя мир. От таких воспоминаний учащается пульс, как будто твоё сердце вслед за тобой вспоминает, как яростно, как загнанно оно билось, и пот стекал через шлем под очки, а пересохшие губы искали клапан гидратора. Трасса пронзительной стрелой мчится в бесконечность. Навстречу тебе по ней несутся фуры, которые издалека кажутся безобидными гусеницами, но изрядно треплют нервы, когда они рядом и когда клубы выхлопа и ветра спешат вырваться из-под их колёс и пытаются вырвать руль из твоих рук. А вокруг — поля, поля. Бесконечные просторы и равнины. Кипящий океан трав и цветов, в котором струятся бесконечные реки запахов. Попробуй разобрать хотя бы одну ноту среди всего этого стройного и звонкого хора ароматов. Даже самый великий парфюмер «повесит нос», будучи не в силах определить всей градации этих запахов, всего этого ароматического безумия. Нет, и всё-таки несколько запахов определить нам удастся. Сейчас мы как раз катимся мимо очередной деревни, и до нас доносится приятный аромат цветущего пруда. А ещё в воздухе клубится дух раскаленного асфальта, который, словно ложка дёгтя, пытается задушить, подавить остальные запахи. Жара. Ноги покрывает слой придорожной пыли. Эта пыль! Мы тоже её любим. Как споры каких-то фантастических папоротников, она оседает на деталях велосипеда, матовой пеленой покрывает вещи и сопровождает нас всю дорогу до дома. Приезжая домой, мы с радостью смываем пыль, которую подобрали на дорогах Мичуринска, Кирсанова, Моршанска, сотен глухих лесных троп. Мимо стройными рядами проплывают дорожные знаки. Это указатели деревень и городов. Они, как поднятые в приветственном жесте ладони, вереницей тянутся друг за другом, уводят нас всё дальше и дальше от дома и цивилизации. Увлекают в бесконечность горизонта, в глушь лесов и полей, туда, где хоть и ступала нога человека, но, возможно, ещё не прокатывалось колесо. Колесо пусть не Фортуны, но великого изобретения человека. Изобретения под названием велосипед. Изобретения, без которого я не мыслю себя. Пименов Н.П.