Charlie Winston

Чарли Уинстон – это не человек. Charlie Winston – это ансамбль. Гибрид Чарли (Чаплина) и Винстона (Черчилля), он воплощает музыкальные идеи британского певца, композитора, продюсера и мультиинструменталиста, который пожелал скрыть от посторонних свое настоящее имя. Так же поступили его брат, певец и музыкант Том Бэкстер (Tom Baxter), и его сестра, автор песен и вокалистка Вашти Анна (Vashti Anna; Анна – это "фамилия"). Имена родителей известны, но это уже не так важно. Важнее тот заряд музыкальной энергии, который они подарили своим детям, вырастив их в сказочной атмосфере старого провинциального отеля и окружив музыкой, для которой всегда находилось время между управлением отельным хозяйством. Свое место в современной музыке Чарли Винстон искал долго, дольше, чем его младшие брат и сестра. Он дебютировал только в 30 лет, успев поучиться в Лондоне, пожить в Индии, освоиться во Франции, поработать для кино, театра и коллег-артистов, поездить по миру (в том числе на разогреве у Питера Гэбриела). В общем, потратил не один год на поиски своего пути, отчитавшись о проделанной душевной работе на дебютном альбоме "Make My Way" (2007). Экспрессивный и добротно спродюсированный, этот диск из разряда self-made (а также self-produced и self-distributed) зажил скромной жизнью андеграундного хита. Если бы не Питер Гэбриел, не пропустивший мимо ушей это маленькое сокровище, судьба андеграундного феномена ожидала бы и самого мистера Винстона. Мировое турне Гэбриела, покровительство его лейбла Real World и техническая база Real World Studios открыли Чарли Винстону новые горизонты. Радость этого открытия вместе с ним разделили и музыканты ансамбля Charlie Winston – аккордеонист Бенджамин Эдвардс (Benjamin Edwards), новый бас-гитарист Дэниел Марсала (Daniel Marsala) и барабанщик Меди (Medi). Им пришлось делить еще несколько студий в Лондоне, Париже и, наконец, в Нью-Йорке, где продюсер Марк Плати (Mark Plati) сводил и шлифовал запись. Так что название "Hobo" – "Бродяга" – отражает не только жизненную позицию и душевную склонность Винстона, но и рекординговую судьбу альбома, который объединил усилия еще двух десятков исполнителей – гитаристов, перкуссионистов, виолончелистов, альтистов, скрипачей, тромбонистов, трубачей и вокалистов (включая Вашти Анну). А уж самому фронтмену посчастливилось отвести душу на гитаре, клавишах и перкуссии, посвистеть и щегольнуть искусством бит-бокса. Винстон – бродяга по зову души и музыкальному кругозору, но из тех "беспризорников", которые везде могут свить себе подобие уютного гнездышка. Обжив на первом альбоме территории соула, рока и хип-хоп, для второго лонг-плея он устроил пристань неподалеку – в смежных владениях заводного фолька, душевного соула, балладной романтики и тонизирующих танцевальных инъекций. Собственно, не так важен звуковой ассортимент, как его оформление и взаимная гармония частей. Чарли Уинстон обращается с материалом так, словно провел в продюсерском кресле лет двадцать, но при этом все еще обожает свою работу, как молодожены – друг друга, и относится ко всему процессу с юмором и джентльменской деликатностью. Дотошный, как старый профессор, и легкомысленный, как второгодник, он совмещает мастер-класс с обыкновенным пижонством.